Клерикальная карта России

Видео

Литература

Скоро вернусь

Случилось так, что одного моего знакомого назначили директором. И, как это часто бывает, через два дня после назначения к свежеиспеченному директору пришел в гости его старый товарищ по работе.
—  Здравствуй, Март! — сказал гость.— Значит,   ты   теперь директор.   Пришел   поздравить!
—  Спасибо,      Рейн,— ответил Март.
—  Старого друга ведь нельзя    забывать,— сказал    Рейн.— Может, пойдем вытьем, а?
—  Спасибо.   И   спасибо,   что зашел.
—  Послушай, твой завод выпускает что-нибудь полезное?
—  Выпускает.
—  Я так и думал. Март, говорю,   не   какой-нибудь   Охламон, чтобы зря директорствовать...
—   Ну и что?
—  Несколько     оцинкованных труб не дашь? Или краны? Или нержавеющий бидон для пива?..
—  Нет у нас   такого   добра, дорогой,   нет.   Мы     выпускаем шайбы и болты.
—  Ну тебя к лешему с твоими шайбами! Интересно, что я буду с ними   делать?   Можешь их   предложить   какому-нибудь недотепе,  а не мне...  Ну,  ладно, а электропровода тоже нет?
—   Провод  мы шокулаем сами. На складе должно быть немного.
—  Да мне много и не надо. Ну давай, выпиши мне провод! Бухгалтерская система «Главбух». Посмотри - она тебе поможет.
—  Ни  метра.   Это  государственная собственность!
—  Ну    ты   и   тип!   Тогда   дай хоть     что-нибудь.   У   тебя    же крупный   завод, всякого добра хватает.   Вот недавно  привезли на твой завод целую кучу каких-то  бочек.
—  Тавот привезли.
—  Да не  навязывай   ты   мне свой   тавот!   Если   хочешь,  смазывайся сам хоть снаружи, хоть изнутри...
—  Слушай, друг, не пора ли тебе уходить?
—  Ладно,   я   уйду,    выскочка несчастный! Но неужели ты меня так и проводишь с пустыми руками?!.
Тут директор малость усмехнулся и сказал, что уже почти
год наискосок от их завода стоит большой барабан с кабелем. Если старый друг хочет, пусть забирает, чтобы не мешал.
—  Убирайся  к черту со своим   кабелем! — заорал друг  и, обидчиво      хлопнув      дверью, ушел.
Ночью в половине третьего в квартире директора зазвонил телефон.
—  Март,    это    ты? — кричал кто-то на другом конце провода.— Я тут подумал,  что  вдруг и    этот    кабель    'когда-нибудь пригодится... Где он у тебя там находится?
Несколько месяцев спустя к директору пришли какие-то строители. Они искали кабель, который у них пропал. Но барабана с кабелем уже давно не было около ворот. Только спустя длительное время его обнаружили в пяти километрах от города. Как говорили местные жители, какой-то мужчина несколько суток отчаянно пытался вкатить его -в гору. На месте события нашли записку:
«Просьба не трогать! Скоро вернусь!»
И не вернулся...
Вот какая приключилась история с моим приятелем, которого назначили директором завода.
Харри ЛЕХИСТЕ

Предложение

Господии Легро, владелец фирмы «Легро и компания», закончил диктовать письмо и кивнул своей секретарше мадемуазель Сюзетт:
—  Перепечатайте,    как обычно,    в двух   экземплярах.
Девушка направилась к двери, но снова вернулась.
—  Вы    хотели     мне    что-то     сказать?— поднял голову от бумаг глава фирмы.
—  Мсье Легро,   я выхожу    замуж.
—  Прелестно,  дитя   мое.   И  за  кого же?
Мадемуазель Сюзетт вдруг заплакала.
—  Господь    с    вами,    что    случилось?— воскликнул мсье Легро.
—  Я... я...не знаю, за кого...    выхожу   замуж,— пробормотала    девушка.
—  То есть как не знаете?
—  Спросите,— всхлипнула    мадемуазель Сюзетт,— у Эжезипа...
Заместитель главного бухгалтера Эжезип явился через пятнадцать секунд. Похоже было, что он уже ждал за дверью.
—  Что      это      значит?! — вскричал мсье   Легро.   —  Почему   вы   должны объяснять мне, за кого выходит  моя секретарша?
—  Успокойтесь, мсье, я вам действительно   все  объясню.    Мадемуазель Сюзетт выходит за вас. То есть, я хочу сказать, за меня.
—  И давно вы рехнулись?
—  Мсье,  я  полностью  отвечаю     за свои  слова.  Вы холостяк    и платите соответствующий  налог  со своих доходов. Это с одной стороны. С другой стороны,     мне      нравится       Сюзетт...
—  Вы будете сами ложиться в клинику или вызвать машину?
—  Минуточку  терпения,   мсье  Легро. Итак, вы платите подоходный налог холостяка. Если бы у вас    была жена,  вы платили  бы намного  меньше.
—  Но я не собираюсь жениться, и, кроме того, я тратил бы значительно больше,   чем   сэкономил...
—  Совершенно верно.    Поэтому    я предлагаю,   чтобы   вы   женились,   не женясь.  Не  нужно,    не звоните    никуда,  а выслушайте    меня. Я люблю Сюзетт.  Вы  женитесь  на  ней  и  экономите на налогах, хотя цены на женскую парфюмерию вынудят вас раскошелиться. Она   же живет со мной и не стоит   вам ни франка.  Понимаете?
—  Гм... Ну, а вы, вы-то    что выигрываете на этой комбинации?
—  Видите ли, мсье Легро, я думал, что вы  сможете  прибавить  мне  хотя бы пятьсот франков в месяц. Семейная  жизнь требует  таких расходов.:.
—  Гм,  Эжезип.  вы  же  знаете,  как я отношусь    к прибавкам    зарплаты своим  служащим.    Я  всегда    против них.
—  Весьма  сожалею,  мсье Легро,  в таком случае...
—  Обождите, Эжезип, обождите... Я как раз подумывал о том, чтобы найти   себе   заместителя...
—  О,  благодарю вас,    шеф,  я рад, что вы проявили великодушие!
—  Великодушие? Я  просто  подсчитал, сколько я    сэкономлю    на налогах...
Мишель ЭРБЕР (Франция) Перевела  Ф.  ПОДБЕРЕЗСКАЯ.

Как я познакомился со своей женой


Кафе было переполнено. За моим столиком оказались два свободных места. Подошел высокий черный парень с улыбкой, словно приклеенной к лицу.
—  Свободно? — спросил он.
Я кивнул головой. Он ушел и спустя минуту вернулся с девушкой. Она была прелестна. Оранжевая юбка и белая блузочка с оригинальным воротником подчеркивали ее складную фигурку. Я улыбнулся ей, воспользовавшись тем. что Черный отправился на поиски официантки.
—  Вы     прекрасны!— подтвердил   я то. о чем кричали мои глаза.
Она была неприступна. Потом вернулся Черный. Он принес из буфета две чашки кофе.
—  Этот   за   мной   ухаживал,— сказала  она.  указав  на  меня.
Черный посмотрел с удивлением. Потом спросил равнодушно:
—  Дать ему в зубы?
—  Не   торопись,— ответило   чудо.— Он никуда не денется.
Я почувствовал себя не в своей тарелке.
—  Казакова     нашелся,     о  чем     он вообще    думает?  —   продолжал    Черный.— Какой-то недоразвитый, верно?
—  Я   тоже   такого   мнения,— согласилась  она,  потягивая кофе.— Посмотри,  какая  у него  толстая  шея.
Черный внимательно  посмотрел.
—  Нет,  это у него голова    маленькая.   Сразу  видно,  что  дурак.   А  шея у него нормальная.
—  Шея у него толстая,— возразила она,— а  голова  нормальная.
—  Как    так     ноомальная? — возмутился    Черный.— Посмотри,    дорогая, если ему  постричь волосы,  а  бороду сбрить,  то  ничего  не  останется.
—  Может     быть,     ты  и  прав.— немного  подумав,     согласилась    девушка.— Если  бы  сбрить     бороду...     А  в общем,    почему    такого    впустили в кафе?..
— Теперь каждый имеет право. Равноправие,— пояснил Черный.— Ты знаешь, дорогая, если говорить честно, мне его жаль. Человека надо понимать. Наверняка у него было тяжелое детство, родители закоренелые алкоголики, с самых ранних лет он вращался среди подонков и воров. Он не читал сайт про подростков и про воспитание мужества. Ничего удивительного, что он начал пить и красть. Условия к этому принудили. Человека надо понимать, а ты, дорогая, хочешь, чтобы его отсюда вышвырнули...
Я видел, однако, что девушка не слушает его. Она смотрела на меня все внимательнее и морщила свой прекрасный лобик, видимо, о чем-то раздумывая.
—  Знаешь       что,   —   сказала      она внезапно,— я все же была права: шея у него толстая, а голова нормальная.
—  Но,  дорогая,  ты же  сама    признала обратное.
—  Нет,  я  не    признавала.     Это  ты мне всегда    внушаешь    то,    что тебе нравится.   Но   ты   перешел     границы. На этот раз права я...
—  Не    болтай     глупостей...— начал Черный, но ему не дано было закончить.
—  Ты   отвратительный,   подлый   зазнайка!   Что  ты  воображаешь?  Что  я буду  всегда   повторять     твои" мысли? Нет!  С меня хватит!  Убирайся сейчас же отсюда, я не желаю тебя видеть!..
Девушка говорила громко. Она говорила так громко, что все уставились на наш столик. Черный, а если быть точным, то в этот момент красный, встал, разозленный, и сообщил во всеуслышание, что другой такой истерички еще в жизни не встречал, и выскочил на улицу.
Девушка спокойно пила кофе. С минуту она смотрела на меня и улыбалась. Это ей так шло...
—  Какое  счастье,     что  мы  избавились от этого нахала, не правда ли?— почти Нежно сказала она.— Меня зовут Анна, а вас?..
Бронислав ВАВЖИНКЕВИЧ

Каръера

—  За чем очередь?
— Да тут какой-то чудак премии раздает!
Подъехал я как-то утром к институту на своих новеньких желтых «Жигулях» с шинами зимними goodrich и вижу — спешит на работу наш известный ученый Николай Николаевич Грушин. Подошел он ко мне, поздоровался приветливо за руку. Я даже удивился. Никогда раньше Николай Николаевич не замечал меня.
—   Давно   «Жигули»   купил? —спросил Николай Николаевич, отдышавшись.
—   Да   нет,— засмущался   я,— недавно.
—  То-то я не видел.   Ну,  а вообще как жизнь?
—  Да и  вообще,— честно ответил я ему,— хорошо.
—  А научные успехи как? Потупился   я.   Не   люблю   таких   вопросов.
—  Скромные.
—  Слышал, слышал,— оживился Николай   Николаевич.— Ты  знаешь,  что в моей лаборатории вакантное место есть?
—  Как же не знать!
Дело в том, что давно пустовало в его лаборатории одно заветное место с завидной зарплатой. Целый год подбирался на него достойный кандидат, но так и не подобрался. Я и кандидатом-то себя не считал никогда, я ведь скромный.
—  Так вот,—продолжал Николай Николаевич,— мне кажется, ты подойдешь на это место. Беру.
Потрепал он меня по плечу и ушел. А я так и остался стоять на улице обалдевший. Может быть, шутка такая? Да нет, Николай Николаевич шутить не любит, да и жестоко это. Чем же я заслужил такую честь? И тут я понял, в чем дело: ведь Николай Николаевич, кроме всего прочего, шахматист. И я шахматист. Конечно, ему приятно иметь в своей лаборатории шахматиста. И поговорить будет о чем и сразиться иногда в рабочее время.
Устроил все Николай Николаевич и спрашивает меня:
—  Ты завтра утром за мной заедешь на работу?
—  Конечно, заеду, Николай Николаевич.   Мне  ведь не трудно.
И стал я с тех пор привозить его на работу и увозить обратно. А как-то он сказал: «Ты, Григорий (это я Григорий), завтра отвези тещу на дачу».
—   А как же работа? — не понял  я.
— Какая тут может быть работа? — рассердился Николай Николаевич.
Дураком я себя почувствовал. Действительно, ляпнул глупость.
Отвез я тещу на Дачу, а потом регулярно стал отвозить и привозить ее. Жену по магазинам развозил. Детишек Николая Николаевича надо в спецшколу подбросить? Надо. Им же через дорогу переходить. Уставать я стал очень. Нервы поистрепались: целый день за баранкой. Штрафовали меня часто. В институт, правда, только за зарплатой приезжал.
И все-таки у меня ведь тоже есть своя гордость. Кто я в конце концов, шофер или младший научный сотрудник? Вернуться в институт? Но как-то отошел я уже от науки, забыл многое. А наука, говорят, еще дальше вперед ушла. Но все-таки гордость моя пересилила: решил вернуться к научной работе — товарищи помогут наверстать упущенное. Только вот как отказать Николаю Николаевичу в машине? Обидится. Думал, думал и придумал такую хитрость. Когда Николай Николаевич послал меня куда-то съездить, я затаил дыхание и прямо в глаза ему сказал, что продал, мол, «Жигули».
Потрясло это его очень, как будто я его машину продал.
—  Буду на «Волгу» копить,—простодушно объяснил я.
Укоризненно посмотрел на меня Николай Николаевич, и стыдно мне стало.
—   Может,    в    шахматы   сыграем? — растерялся я.
—   Какие   там   к   черту    шахматы,— вздохнул Николай Николаевич.
А на другой день вызвал меня к себе Николай Николаевич и сказал:
—  Я вот тут посмотрел ваше личное дело,   товарищ    Коровкин   (раньше-то, небось,  Григорием  кликал(),  и увидел, что придется вам уволиться.
—   Почему же? — вздрогнул  я.
—  За последние несколько лет вы совершенно не дали  научной  продукции.
—  Так когда же я мог ее дать, если я вас целыми днями возил?
—   Не знаю,  кого вы там  возили,— официальным  голосом  сказал   Николай Николаевич,—а научную продукцию нужно было давать.  Вы, очевидно, забыли что вы  все-таки не шофер, а научный работник!

На работу!


Кому-то в Бюро Рассмотрения Заявлений пришла в голову мысль, что неплохо было бы вовремя приходить на работу.
—  Да!— сказали   мы.— Можно!    Почему    бы    и    нет?    В    рамках   обязательств, к примеру.
Приняли соответствующее постановление:
«С завтрашнего дня все сотрудники обязаны расписываться в листе учета прихода на работу ровно в восемь ноль-ноль.  Кто будет опаздывать, отправится искать себе временную работу на этом сайте ».
—  Ясно? — спросил директор   Щавница.
—  Ясно,  —  сказал Зызя от нашего имени.— Простое   дело.   Надо   только выходить из дому на час раньше.
На следующий день мы встретились на остановке автобуса.
—   Который     час,   —   спросил     магистр   Конкульчинянскнй.
—  Без   пятнадцати   восемь,—сказал Паташонский.
Пять минут мы беседовали на разные темы. Потом пан Куця предложил взять такси.
—  Если  мы  будем    ждать    автобуса,— мрачно  сказал   он,— мы  опоздаем к восьми ноль-ноль.
Мы побежали на стоянку такси. На финишной прямой какая-то пани с ненормальным блеском в глазах обошла нас на метр. Больше машин не было.
—  Бегом!— закричал   Зызя.— Бегом мы  еще можем успеть.
Мы побежали. Прохожие смотрели на нас с интересом.
—  Вперед!— кричали    мы.— На  работу!
После первых ста метров магистр Конкульчинянский бросился под обгонявший нас автомобиль, но водитель цинично увернулся от него и поехал дальше.
На второй стометровке нам удалось остановить поливальную машину...
Когда немного мокрые от воды мы влетели в Бюро Рассмотрения Заявлений, было без двадцати секунд
восемь. В листе учета прихода на работу мы успели расписаться вовремя.
—  Вы   остаетесь? — спросил     Паташонский, с трудом хватая    воздух.— Лично  я пошел  в  «Гастроном».  Жена велела  купить продукты.
—  Следовало бы немного  отоспаться,— сказал    магистр    Конкульчинянский.— У меня два билета  в кино на утренний  сеанс.   Психологический  детектив  в  двух  сериях.   Могу  взять   с собой одного желающего.
—  Согласен,— сказал     Куця,    зевая во весь рот.— Пошли!
Они удалились, чуть покачиваясь, будто засыпая на ходу.
—  Остальные  ко   мне   в   кабинет,— предложил директор Щавница.
—  У    меня    очередь    к парикмахеру,— сказал   Зызя.— Потом     забегу  к вам поболтать.
Он убежал, а мы воспользовались приглашением Щавницы.
— Кофе или чаю? — спросила секретарша.
—  Я  думаю,  что  кофе  будет  более кстати,— сказал директор Щавница.— И можно по маленькой рюмочке коньяка.
...Это была хорошая мысль, чтобы приходить на работу вовремя. День начался удачно, как никогда.
Анатоль ПОТЕМКОВСКИЙ

Видео

В рамках информационной истерии по поводу передачи имущества религиозного назначения собственно религиозным организациям, часто муссируется утверждение о том, что якобы у РПЦ никакого имущества на момент 1917 года и не было.  Правда ли это, вы узнаете, посмотрев следующее видео

Священники "на джипах"

Случайная картинка

00053dqk.jpg

Подписывайтесь на сообщество

Счетчики

Яндекс.Метрика

 Индекс цитирования

Рейтинг@Mail.ru